bat

polenadisto


Перелеты опылителя

Все цветет, все опыляется


Previous Entry Share Next Entry
Le Poète maudit и Apiaceae (+просьба к французско-понимающим)
Eristalis
polenadisto
С отменной выправкой мадам идет по лугу,
По ЗОНТИЧНЫМ она плывет, сминая травы,
И держит зонтик свой...

Прочитал я сегодня такое в стихотворении Артюра Рембо "Воспоминание" и встрепенулся - нечасто в стихах встретишь упоминание моего основного ботанического объекта, тем более такое откровенное. Но, с другой стороны - это ж перевод стихотворения - так что может это Александр Триандафилиди, а не Артюр Рембо. А потом опять - с чего бы вдруг переводчику такое вводить?..
Так что решил найти оригинал. Попутно нашел еще переводы, где Сельдереецветные не упоминались. Но и оригинал нашел, называется "Mémoire". В котором таки есть

Madame se tient trop debout dans la prairie
prochaine où neigent les fils du travail; l'ombrelle
aux doigts; FOULANT L'OMBELL...

Из меня, конечно, знаток французского, как из Лёсика карась, но, насколько я понял (мерси ГуглоПереводчику и Мультитрану) выделенное мною - "наступая на зонтичек", причем чуть ли не именно в ботаническом смысле.
Если кто тут из френдов или просто читающих таки знает французский на достаточном уровне - проясните, пожалуйста.

Ну и, чтоб было - вот вам полные тексты:
Mémoire (Arthur Rimbaud)
I

L'eau claire ; comme le sel des larmes d'enfance,
l'assaut au soleil des blancheurs des corps de femmes;
la soie, en foule et de lys pur, des oriflammes
sous les murs dont quelque pucelle eut la défense;

l'ébat des anges; — Non... le courant d'or en marche,
meut ses bras, noirs, et lourds, et frais surtout, d'herbe. Elle
sombre, avant le Ciel bleu pour ciel-de-lit, appelle
pour rideaux l'ombre de la colline et de l'arche.

II

Eh ! l'humide carreau tend ses bouillons limpides!
L'eau meuble d'or pâle et sans fond les couches prêtes.
Les robes vertes et déteintes des fillettes
font les saules, d'où sautent les oiseaux sans brides.

Plus pure qu'un louis, jaune et chaude paupière,
le souci d'eau — ta foi conjugale, ô l'Épouse! —
au midi prompt, de son terne miroir, jalouse
au ciel gris de chaleur la Sphère rose et chère.

III

Madame se tient trop debout dans la prairie
prochaine où neigent les fils du travail; l'ombrelle
aux doigts; foulant l'ombelle; trop fière pour elle
des enfants lisant dans la verdure fleurie

leur livre de maroquin rouge! Hélas, Lui, comme
mille anges blancs qui se séparent sur la route,
s'éloigne par-delà la montagne! Elle, toute
froide, et noire, court! après le départ de l'homme!

IV

Regret des bras épais et jeunes d'herbe pure !
Or des lunes d'avril au cœur du saint lit! Joie
des chantiers riverains à l'abandon, en proie
aux soirs d'août qui faisaient germer ces pourritures.

Qu'elle pleure à présent sous les remparts! l'haleine
des peupliers d'en haut est pour la seule brise.
Puis, c'est la nappe, sans reflets, sans source, grise :
un vieux, dragueur, dans sa barque immobile, peine.

V

Jouet de cet œil d'eau morne, je n'y puis prendre,
oh canot immobile! oh! bras trop courts! ni l'une
ni l'autre fleur: ni la jaune qui m'importune,
là ; ni la bleue, amie à l'eau couleur de cendre.

Ah ! la poudre des saules qu'une aile secoue!
Les roses des roseaux dès longtemps dévorées!
Mon canot, toujours fixe; et sa chaîne tirée
au fond de cet œil d'eau sans bords, — à quelle boue?



Воспоминание (Артюр Рембо, перевод Александра Триандафилиди)
I

Прозрачность вод, как соль слезинок в колыбели,
Стремленье женских тел к полуденному зною,
Лилеи чистые, хоругви под стеною,
Где девственницы кров себе найти сумели;

Налеты ангелов; – нет… золотые токи
И тяжесть темных рук, что травный дух впитали;
Над нею, сумрачной, лазурь небесной дали
И тень, которую отбросил холм высокий.
II

О, блестки пузырьков и влажный кафель пола!
Поблекшим златом вод захлестнутое ложе.
Девичьи платьица, что цветом с цвелью схожи,
Как ивы, в чьей листве пичуг отряд веселый.

Как веко желтое, блистательней дуката,
Кувшинку верности раскрыла ты, Супруга!
На тусклом зеркале страдаешь от недуга —
Ревнуешь к солнцу ты – недолго до заката.
III

С отменной выправкой мадам идет по лугу,
По зонтичным она плывет, сминая травы,
И держит зонтик свой; повадки величавы;
А дети на траве, поближе сев друг к другу,

Читают красный том в сафьяне. Горе бедной!
Как сонмы ангелов оставив на распутье,
Он за горой исчез. Она в душевной смуте
Бежит, холодная, за канувшим бесследно.
IV

О, травы чистые, скорбя, вы приуныли!
Сокровище луны апрельской! Одр священный
В заречной хижине, покинутой, блаженной
В тот вечер августа, что веет духом гнили.

Пусть плачет под мостом она! Здесь воздух жаркий,
И дышат тополя, что ветра ждут у хляби,
А скатерть серая без отсветов, без ряби,
Землечерпальщик-дед на неподвижной барке.
V

Я как игрушка вод немых, не в силах боле…
О неподвижный челн! как, руки, коротки вы,
Ни желтый не сорвать, ни тот цветок красивый,
Что в пепельной воде манит меня, как в поле.

Стряхнут пыльцу крыла на иве иль раките.
О, розы тростников не сжеваны доныне!
Мой челн прикован здесь, и в бездну водной стыни
Уходит цепь его – в какую муть, скажите?

  • 1
Так и вижу, как она шагает по борщевикам... Во французском я ни бельмеса, но Лёсик умилил, из которого карась...))))

  • 1
?

Log in